суббота, 28 апреля 2012 г.

Григорий Сухман "Непростое кресло"

Григорий Сухман
НЕПРОСТОЕ КРЕСЛО
рассказ
Григорий Александрович Сухман родился в 1950 году в Астрахани в семье интеллигентов, там окончил с отличием школу и мединститут. Работал в Белгороде, Харькове, последние 20 лет - в Иерусалиме, специалист-анестезиолог, 3 детей и 4 внуков. Опубликованы 2 книги из трилогии "Охламон" (закончены ещё в 20 веке), стихи с прозой "Зоопарк", путевые заметки в израильских русских СМИ, критика - в ИЖ ("Иерусалимский журнал" №30) и др. В "Нашей улице" публикуется с №136 (3) март 2011.

Моё имя - Кресло, отчество - Красивое, фамилия - Удобное. Не беда, что нет у меня языка, зато есть крепкие, фигуристые ножки, округлые ручки, и написать свою биографию я могу без проблем. Вокруг моей спинки вьются красивые, резные волосы - до ножек, а где положено, имеются мягкие выпуклости, так что Хозяину весьма комфортно, когда он  на мне восседает, да и мне с ним хорошо, как ни с кем... Ежедневно я ловлю его взгляды, он часто улыбается, поглядывая на меня, возможно, вспоминает историю нашего романа, или более того. У меня с ним сложились отношения не просто приязни, а глубокого взаимоуважения, и, когда я расскажу свою историю, станет понятно, почему.
Мои родители жили в буковых лесах Карпат, что на румынской восточной границе. Знаете, они вместе с Татрами такую букву"S" на карте Европы выписывают. Так вот, мои корни - из нижней части этой "S", а та часть, что заходит в Украину, так и называется - Буковина.  Какая там красотища, особенно в октябре! Впрочем, я чуточку отвлеклось. Столяра- краснодеревщики отлично знают чудесные свойства бука - твёрдой, красноватой древесины с тёмными крапинками, посему они меня изготовили должным образом. В рабство меня продали клужским хозяевам. О, Клуж - замечательный город, столица Трансильвании - в его округе не только золото для всей Европы добывали, но и мебель изготавливали, а потребность и в том, и в другом резко выросла после второй мировой войны - именно тогда меня и произвели... Ой, проговорилась о моём возрасте!.. Ерунда, ведь мебель, если за ней чуточку ухаживать, сохраняет свои свойства куда дольше людей - это любой знает. Разумеется, я не говорю о поделках из прессованных опилок или картона, пусть и налакированных! Зто называется неприличным словом "ширпотреб", имеется в виду настоящая, элитная мебель для салонов - ведь я именно к ней отношусь.
Владельцы мои клужские говорили дома на идиш, посему я и не удивилось, когда они во времена Чаушеску в Израиль  подались, сразу после знаменитой шестидневной войны, и поселились в самом северном районе Иерусалима - там правительство жильё понастроило: давай-налетай-заселяй: дёшево! И прожило я там целых двадцать лет... В семье были дети, которые прыгали, ездили, уроки делали. Бывало, изучали моё нутро ножиком - по краям, почти незаметно, но их родители таки обратили внимание на порезы и решили: латать меня ни к чему, лоск былой я потеряло, бархат цвета какао с молоком стал белесым - короче, меня вынесли на улицу и поставили прямо на зеленеющий пригорок перед фасадом, рядом с шоссе - нате люди, пользуйтесь, нам оно без надобности. До того стало обидно! Служило-служило - и на тебе, на старости - за порог, ни спасибо, ни до свидания. К чертям, надоело ты нам! Вот тут и начинается мой роман с Хозяином.
Он ехал на велосипеде по шоссе, ближе к полдню, бросил на меня, одинокое чудо, взгляд - и обмер: явно я ему приглянулось...Он подошёл, потрогал, осмотрел со всех сторон, удостоверился, что я - ничьё, и куда-то исчез. Вернулся минут через десять, на корейской машине, затолкал меня в багажник - и отвёз к себе: так я справило новоселье. Латки он выкроил из моих же скрытых за швами концов, зашкурил все деревянные части, покрыл их лаком - специально, из Венгрии привёз!- и поставил в свой кабинет, где я прожило без проблем и забот семь добрых лет. О Хозяине я этого сказать не могу, у него этих проблем как на работе, так и дома, с женой, хватало... Чем только она не занималась в его отсутствии! Подумать стыдно, не то, что сказать вслух! Да он всё и без подсказок знал - и его терпение однажды лопнуло - развёлся он с ней. А в списке вещей, что он с собой на выходе из дома по договору берёт, меня поставил на первое место! Только вот не получил: приехал забирать - а меня и след простыл... Его злая баба выкинула меня на помойку вместе с документами Хозяина - по "доброте душевной". Какой-то мужик меня в свой коттедж увёз, восхитившись моими формами, видимо, и пришлось мне, бедному креслу, прожить у него в плену больше трёх лет. Как только надо мной не издевались! И ножом резали, и окурки гасили, и таскали по этажам, а в конце выставили в сад и поселили на мне свою собаку - сторожить: у меня всё пропахло псиной! Эта скотина меня и добила: изорвала в клочья, живого места не осталось, а добрые детки отодрали от сиденья ножки - в таком виде выволокли - и опять на помойку, уже третий раз в жизни! Судьба моя конченная, это было понятно: в лучшем случае сожгут в печке, в худшем  - сгноят на свалке:"оба хуже", как говорится...
И тут случилось настоящее чудо... А как ещё назвать такое совпадение времени и места? Мой Хозяин (да-да, тот самый, которого я всё это время не видело!),возвращался домой с прогулки, а жил он в другом районе города, в пяти километрах от прежнего дома. Я его сразу узнало, и он, издали заметив меня, точнее, мои запчасти, ускорил шаги - я слышало их! "Это - Ты"? - спросил он, обомлев, у рухляди, беспомощно ждавшей своего последнего часа под заходящим солнцем - наутро всё было бы кончено для меня. Он проверил латки, что собственноручно вшил десять лет назад - Те Самые, на известных ему местах: удостоверение личности. Так относятся только к смертельно раненому другу, связь с которым прервалась в условиях войны, найденному Провидением на поле боя! Беспомощному, обескровленному, умирающему он дал не только шанс реанимироваться, а полностью восстановиться в прежнем качестве: Хозяин взвалил мои останки на плечи и отнёс, ликуя, домой...
Два месяца он ежедневно лечил своё сокровище: снял драные лоскуты, повыдёргивал все гвозики\заклёпочки многолетние, разобрал по щепочкам, затем обработал, собрал и склеил каркас по новой, заново перетянул сиденье, вырезал из поролона все мягкие места - самым сложным было сформировать новую спинку!- обтянул и закрепил на возрождённом изделии новый обивочный материал, обрамил его кантом и, довольный работой и собой, осторожно уселся. Наверное, так бережно и счастливо садятся цари на трон своего царствия в первый раз! Как здорово было снова принять мне в свои мягкие объятия Хозяина - моего мастера-доктора!
Он рассказал историю наших отношений своей новой жене - и она меня полюбила. Каждый вечер я подставляю свои мягкие руки и сиденье со спинкой уставшему за день Хозяину, спасителю моему. Он откидывается, потягивается, включает лампу и что-то читает, затем вооружается ручкой и начинает писать… Разумеется, я считаюсь полноправным участником этого тайного, неисповедимого, творческого процесса, и очень горжусь своим вкладом  в него - хотите верьте, хотите - проверьте... И ещё я абсолютно уверено: теперь мы будем жить непременно долго и счастливо.
 
Иерусалим


“Наша улица” №149 (4) апрель 2012