среда, 31 декабря 2008 г.

МИХАИЛ БУТОВ В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Михаил Владимирович Бутов родился 2 августа 1964 года в Москве. Окончил Институт связи. Первая публикация - в "Новом мире". Первую книгу Михаила Бутова "ИЗВАЯНИЕ ПАНА" издал в 1994 году Юрий Кувалдин. Михаила Бутова Юрий Кувалдин знает с января 1970 года, то есть с того времени когда Мише было 6 лет. И уже в то время Миша постоянно писал, делал свои маленькие книжечки. Но чтобы так рано начать писать, он еще раньше научился читать, благодаря маме - Анне Анатольевне Ильницкой. А когда человек много читает, причем хорошие книги читает, скажем, Чехова, Гончарова, Гарина-Михайловского, Толстого, то и ему хочется так же хорошо писать. Михаил Бутов хорошо пишет и увлеченно читает.

вторник, 30 декабря 2008 г.

ЛУЧШИЕ СОВРЕМЕННЫЕ ХУДОЖНИКИ В ГАЛЕРЕЕ А3















Директор Галереи А3 Виталий Копачев














Сан-Сан, Игорь Снегур, Александр Трифонов, Александр Глезер. Галерея А3. 29 декабря 2008



















Татьяна Назаренко и Александр Трифонов
1.
Галерея А3 (А три) стала одним из центров современной московской художественной жизни. За два десятилетия своей работы были проведены сотни разнообразнейших выставок, представивших публике весь срез современного искусства России и многих других стран. Цель выставки была показать большинство московских художников работающих с этой галереей или выставлявшихся здесь за все прошедшие 20 лет. В залах более сотни картин картин разных художников, объединенных галереей А3: Анатолий Зверев, Владимир Яковлев, Лев Кропивницкий, Зураб Церетели, Франциско Инфанте, Николай Вечтомов, Татьяна Назаренко, Наталья Нестерова, Евгений Гороховский, Клара Голицына, Александр Трифонов, Татьяна Кострикова, Александр и Андрей Волковы, Петр Караченцов, Давид Ру, Сан-Сан, Владимир Опара, Олег и Ольга Татаринцевы, Наталья Ситникова, Алиса Богоявленская и многие другие.

2.
Замечательный юбилей состоялся в Галерее А3 в Староконюшенном переулке. А ведь прежде о таких выставках и подумать было страшно. Не разрешали, запрещали, сажали, высылали из страны. Нельзя. Почему? Потому что нельзя... И вдруг они все разом отдали концы. Пришел словохотливый Михаил Сергеевич, заговоривший зубы не только всей стране, но и самому себе со своим аппаратом со Старой площади, Горбачев, как психотерапевт. Мы помним как невежественный Хрущев громил в Манеже абстракционистов. Но правление колхозников, неграмротных и агрессвиных, было обречено.

3.
Писатель Юрий Кувалдин вспоминает, как в середине 80-х годов в Москву из США реактивно ворвался знаменитый коллекционер Александр Глезер. Мы его встретили достойно с редакторами издательства "Московский рабочий" в старинной квартире на улице Мархлевского. После десятилетий советского ига, запрета на всё новое и мало-мальски умное, когда накладывался запрет на авангардное искусство как таковое, приезд Глезера открыл нам глаза на мир, как будто мы вышли из подполья. Явление Александра Глезера я бы назвал теперь по-островски, по его "Грозе" - луч света в темном царстве. Жизнь тогда понеслась с невиданной скоростью. Мы опасались, что Перестройка выйдет той же оттепелью и закончится так же стремительно, как и началась. В 1991 году я этот конец ощутил физически, когда мне, едущему по Горьковскому шоссе в типографию в Электросталь, навстречу шла колонна танков. "Ну, вот и всё!", - подумал я и прибавил газу... Слава Богу, Ельцин этими же танками положил конец тупым хасбулатам-руцким...

4.
Пожалуй, давно таких ярких, пестрых, светящихся выставок не было в Москве. И вот в честь 20-летия лучшей авангардной галереи А3 такая выставка состоялась. На открытии присутствовали патриархи художественной жизни страны и мира: Александр Глезер, Игорь Снегур, Татьяна Назаренко, Ольга Победова. Инициатор выставки неутомимый творец хлебниковских форм в живописи Виталий Копачев собрал на Арбате, в Староконюшенном переулке весь московский бомонд. Стремительно на солнечном фоне летели птицы нонконформиста и рецептуалиста Александра Трифонова, поэтически вторил ему Евгений Гороховский, четким современным супрематизмом рифмовался с ними Сан-Сан. Всё это можно назвать одним словом - Пир! Пир свободных художников в свободной Москве новой России.

Обзор подготовил художник Александр ТРИФОНОВ, участник выставки

ВИКТОР БОКОВ В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Виктор Федорович Боков родился в 1914 году в Сергиевом Посаде Московской области, в деревне Язвицы. В 1938 году окончил Литературный институт им. Горького. Автор более сорока книг стихов и прозы и множества известных и популярных в народе песен - “На побывку едет молодой моряк”, “Оренбургский пуховый платок”, “Я назову тебя зоренькой” и др. Награжден орденами Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, “Знак Почета”, премиями им. Твардовского и Фета. Лауреат Всемирного Фестиваля молодежи и студентов 1957 года и Всесоюзного конкурса на лучшую песню. Член Союза писателей СССР с 1941 года. В №1-2000 “Нашей улицы” опубликованы его рассказы. А в 2001 году Юрий Кувалдин напечатал подборку его стихов. Среди них - посвящение Юрию Кувалдину:

Виктор Боков

ЗА ПРЕДЕЛАМИ

Юрию Кувалдину

Ни разу я не умирал!
Хотя умерших обнимал,
Когда их провожал в свой путь последний,
Как родственник и как наследник.

Я заходил на мавзолей,
Я жалился земному богу:
- Оставь меня! И пожалей,
Мне рано в дальнюю дорогу!

Я слышал голос: - Поживи
Годок-другой, а затоскуешь,
Жить на земле запротестуешь,
Бери ковчег, греби, плыви,
И похоронщиков зови!

Звенят печальные шаги,
Передо мной пустыня Гоби,
Вчера я отдал все долги,
Как хорошо-то мне во гробе!
Я умер! Я - земля, я - труп,
Я не трублю и не бряцаю,
Оделся я теперь в тулуп,
Мой мавзолей непроницаем!

Растет великий мой погост,
Мир мертвых тоже очень тесен,
Никто не носит сапогов
И не поет бывалых песен!

Грачи кричат, вороны каркают,
А рядом высится Москва.
И воцаряется над парками
Международная тоска!


14 марта 2001 года,
утром, на даче


"Наша улица", № 5-2001


понедельник, 29 декабря 2008 г.

ВЛАДИМИР БОНДАРЕНКО В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Владимир Григорьевич Бондаренко родился 16 февраля 1946 года в Петрозаводске. Окончил Литературный институт им. М. Горького. Работал в “Литературной России”, “Октябре”, “Современной драматургии”, был завлитом в Малом театре и в МХАТе им. М.Горького. Автор многих книг и статей в периодике. Главный редактор газеты “День литературы”. В "Нашей улице" опубликовал большую статью о детском писателе Эдуарде Успенском.


воскресенье, 28 декабря 2008 г.

20 ЛЕТ ГАЛЕРЕЕ А-3 (А-ТРИ) - "НЕСЕРЬЁЗНЫЙ ЮБИЛЕЙ"


ВЕРНИСАЖ 29 ДЕКАБРЯ 2008 ГОДА
С 18:00 до 21:00

Выставка работает:
30 декабря 2008 года с 11 до 19 часов
с 3 января по 11 января 2009 года с 11 до 19 часов
выходные дни: понедельник и вторник

11 января 2009 года в 15:30 видео-показ
проектов творческой группы ARTFOR

Адрес: Староконюшенный переулок, 39.
Телефоны: (495) 697-14-56, 691-84-84
Сайт:www.a3.artfor.ru

На мой взгляд, Галерея А3 является лучшей среди галерей России. И дело здесь не в размерах помещений прочих галерей. Дело в подходе к открытию новых знаковых художников. У директора галереи А3 первоклассного художника Виталия Копачева глаз, как говорится, наметан на таланты. Всё новое время Виталий Валентинович Копачев возглавляет эту галерею. И, посмотрите, какие имена здесь выставлялись: Анатолий Зверев, Лев Кропивницкий, Татьяна Назаренко, Игорь Снегур, Владимир Яковлев… Трудно быть впереди, потому что тебя все время попрекают традицией, известными приемами. А ты ушел далеко-далеко от традиций и от приемов, как это делает молодой Александр Трифонов, и сам Виталий Копачев, находящийся в расцветном возрасте. Мне нравятся работы поэтичного Евгения Гороховского, постоянно сотрудничающего с А-3….
Юрий КУВАЛДИН
P.S.
Впрочем, вот он весь список художников, работавших и работающих с А-3.
Список художников России и стран СНГ, принимавших участие в основных проектах Галереи А3 с 1988 по 2008 гг.
1. Абраменков Сергей
2. Абрамов Андрей
3. Агафонов Виктор
4. Ажажа Валерий
5. Азизов Азиз
6. Айзенберг Валерий
7. Акимов Иван
8. Акимова Наташа
9. Акулин Владимир
10. Алексеенко Андрей
11. Алешин Сергей
12. Алшибая Михаил
13. Андронова-Митлянская Александра
14. Андрукович Полина
15. Анзельм Владимир
16. Анипченко Борис
17. Антипова Татьяна
18. Антонов Павел
19. Апресян Рубен
20. Аптикаев Дамир
21. Апухтина Валентина
22. Арана Платон
23. Арончиков Леонид
24. Артамонов Сергей
25. Архангельский Дмитрий
26. Архангельский Максим
27. Архутик Александр
28. Астемиров Адиль
29. Базилев Сергей
30. Балашов Антон
31. Баринова Юлия
32. Барышев Илья
33. Басанец Андрей
34. Басыров Гариф
35. Батынков Константин
36. Бать Андрей
37. Башлыков Владимир
38. Белойван Юрий
39. Белоусов Роман
40. Белякова Алла
41. Белякова Лидия
42. Бергер Борис
43. Берлин Анатолий
44. Берлин Леонид
45. Бессера Ариэль
46. Бессмертный Михаил
47. Бильжо Андрей
48. Бирштейн Анна
49. Бобрусов Алексей
50. Богатырев Ярослав
51. Богачев Василий
52. Богданова Наташа
53. Богоявленская Алиса
54. Богуславская Инна
55. Бодров Эдгар
56. Болдинов Дмитрий
57. Болотских Елена
58. Большаков Евгений
59. Большакова Ольга
60. Бомштейн Борис
61. Бордачев Сергей
62. Борисов Данила
63. Борисов Леонид
64. Борисова Наталия
65. Борух (Штейнберг)
66. Бровкина Мария
67. Бродский Давид
68. Брюханов Сергей
69. Бубнов -Петросян Иван
70. Бубнов-Петросян Гриша
71. Бугаян Армен
72. Бугровский Сергей
73. Буева Ольга
74. Булгаков Виктор
75. Буркин Владимир
76. Бурлюк Давид
77. Бух Арон
78. Бушмелев Геннадий
79. Бюнау Петр
80. Варнакова Светлана
81. Васильева Екатерина
82. Васильков Геннадий
83. Васнецов Андрей
84. Вахтангов Евгений
85. Ващенко Юрий
86. Вдовина Лада
87. Веденеева Нина
88. Вейсберг Владимир
89. Величко Вадим
90. Верейский Георгий
91. Верзакова Юлия
92. Верховский Семен
93. Верхоланцев Михаил
94. Вечерина Елена
95. Вечтомов Николай
96. Виноградов Герман
97. Винт Айли
98. Витухновская Софья
99. Войницкий Павел
100. Волков Александр
101. Волков Андрей
102. Волков Валерий
103. Волков Михаил
104. Волкова Маша
105. Волк-Фугарова Татьяна
106. Воробьев Сергей
107. Воронов Геннадий
108. Воронова Люся
109. Вулох Игорь
110. Вышеславский Глеб
111. Гамалея Федор
112. Ганзин Владимир
113. Гапуров Тагир
114. Гапурова Елена
115. Гарунов Аладин
116. Гашунин Никита
117. Герасимов Ярослав
118. Герус Ирина
119. Герчук Юрий
120. Гета Сергей
121. Гильдебрандт Ольга
122. Гинзбург Евгений
123. Гладких Михаил
124. Глебов Олег
125. Глуговский Дмитрий
126. Говорков Владимир
127. Гогуадзе Альберт
128. Голицына Клара
129. Голубков Александр
130. Голубков Илья
131. Гольдман Адольф
132. Гончарова Анна
133. Гор Евгений
134. Горбатюк Андрей
135. Гороховский Евгений
136. Гороховский Эдуард
137. Горчакова Евгения
138. Горшков Сергей
139. Горюнова Анна
140. Горюнова Нонна
141. Градобоев Александр
142. Гречина Ольга
143. Григорьев Алексей
144. Гросицкий Андрей
145. Группа "Арт-Бля"
146. Группа "Цветафор"
147. Группа ARTFOR
148. Губанцев Сергей
149. Гуляев Алексей
150. Гурвич Иосиф
151. Гуров Юрий
152. Гуськов Дмитрий
153. Гущин Вадим
154. Давид Ру
155. Давыдовская Екатерина
156. Данилова Ирина
157. Даран Даниил
158. Дашевский Иосиф
159. Дементьевский Иван
160. Демушкин Андрей
161. Денисюк Антонина
162. Джикия А.
163. Джинчирадзе Константин
164. Диков Юрий
165. Диллендорф Андрей
166. Динере Лилия
167. Домбровская Дарья
168. Дородько Катя
169. Древин Александр
170. Дурасов Павел
171. Дьяконицын Лев
172. Дюкова Ольга
173. Евгений Кропивницкий
174. Егоров Дмитрий
175. Егоров Ростислав
176. Егорова Маша
177. Егоровский Дмитрий
178. Ельницкая Вера
179. Еременко Владимир
180. Ермилова-Платонова Ефросинья
181. Жданов Александр
182. Железняков Максим
183. Желтиков Антон
184. Желудь Аня
185. Жицкая Лиза
186. Жицкий Стас
187. Жуховичер Любовь
188. Заонегина Наталия
189. Зарипов Аннамухамед
190. Зарипова Людмила
191. Звездочетов Константин
192. Зверев Анатолий
193. Звягинцева Елена
194. Зевин Лев
195. Зеленин Юрий
196. Зельм Георгий
197. Зенгинидзе Григорий
198. Зиангирова Ольга
199. Зимина Татьяна
200. Злотников Юрий
201. Золотова Наталья
202. Зубарев Вячеслав
203. Зуйков Анатолий
204. Иванов Александр
205. Иванов Андрей
206. Иванов Даниил
207. Иванов Дмитрий
208. Иванов Тимофей
209. Иванова Татьяна
210. Игнатович Борис
211. Ижевский Сергей
212. Ильин Сергей
213. Ильющенко Владимир
214. Инфанте Пакито
215. Инфантэ Франциско
216. Исаев Алексей
217. Кабаков Илья
218. Каварга Дмитрий
219. Кажлаев Магомед
220. Казаков Максим
221. Калима Алексей
222. Калинина Ирина
223. Калистратов Юрий
224. Калистратова Светлана
225. Калмыков Алексей
226. Каменский Алексей
227. Каменский Дэн
228. Каплан Олег
229. Караева Людмила
230. Караченцов Петр
231. Картышов Александр
232. Касаткин Николай
233. Кастальская Марина
234. Касьянов Сергей
235. Кашина Надежда
236. Кашина Нина
237. Квасов Владимир
238. Келлер Елена
239. Кинцурашвили Лаша
240. Кисилев Павел
241. Китуп Илья
242. Кичанова Ирина
243. Клебак Стас
244. Климов Евгений
245. Коган Яков
246. Коджак Азарий
247. Козлов Владимир
248. Козлов Михаил
249. Козлова Саша
250. Колганова Вера
251. Колесникова Жанна
252. Колесникова Ирина
253. Константинова Людмила
254. Конышева Ната
255. Конюхов Сергей
256. Копачев Виталий
257. Копачева Елена
258. Коровин Ювеналий
259. Короткова Таисия
260. Костриков Сергей
261. Кострикова Татьяна
262. Котел Нина
263. Кошелев Владимир
264. Кошелец Олег
265. Кошляков Валерий
266. Кошмарова Алена
267. Кравченко Евгений
268. Краснопевцев Дмитрий
269. Красулин Андрей
270. Крашевский Игорь
271. Крестоа Сергей
272. Крокель Илларион
273. Кропивницкий Лев
274. Крутов Николай
275. Крылов Порфирий
276. Кудояров Борис
277. Кудрина Татьяна
278. Кузин Сергей
279. Кузнецов Андрей
280. Кузнецов Павел
281. Кузнецова Анна
282. Кузьмин Владимир
283. Кузьмин Николай
284. Кулагина Оля
285. Кулинич Анатолий
286. Куницкий Андрей
287. Куплева Светлана
288. Куприянов Николай
289. Купряшин Игорь
290. Курипко Алексей
291. Курочкина Мария
292. Лабазов Михаил
293. Лабас Александр
294. Лаврентьев Сергей
295. Лаврентьева Наталия
296. Лавров Александр
297. Ланг Олег
298. Лапин Лео
299. Лапина Елена
300. Лаушкин Сергей
301. Лачаев Павел
302. Лебедев Владимир
303. Лебедева Валентина
304. Лебедева Инна
305. Левикова Белла
306. Левицкая Татьяна
307. Лемешев Игорь
308. Лен Слава
309. Лентовская Аэлита
310. Лещинская Елена
311. Либерман Борис
312. Либерман Залман
313. Ливанов Александр
314. Ливанов Вячеслав
315. Лившин Марк
316. Лион Дмитрий
317. Литвин Антон
318. Литвинов Михаил
319. Литвинова Татьяна
320. Литичевский Георгий
321. Логачев Дмитрий
322. Лукиенко Светлана
323. Лукин Виктор
324. Луцкая Галя
325. Маврина Татьяна
326. Магаляс Дмитрий
327. Магаляс Елена
328. Магомедов Апанди
329. Макарков Владимир
330. Максимов Александр
331. Малахов Константин
332. Малышев Иван
333. Малютов Сергей
334. Малявко Илья
335. Мамонов Кирилл
336. Мановцева Саша
337. Маркова Татьяна
338. Марков-Гринберг Марк
339. Марковников Борис
340. Марченко Алеся
341. Мастеркова Лидия
342. Медведев Андрей
343. Медведева Катя
344. Медовиков Максим
345. Мелихов Лев
346. Мелия Алексей
347. Мельников Андрей
348. Мельников Виктор
349. Мельников Вилли
350. Мигачев Александр
351. Мигачев Владимир
352. Милашевский Владимир
353. Миронов Александр
354. Митурич Людмила
355. Митурич Сергей
356. Михайленко Игорь
357. Михайлов Борис
358. Михальчук Михаил
359. Мишин Валерий
360. Могилевский Александр
361. Могилевский Владимир
362. Молочников Михаил
363. Морозов Анатолий
364. Москалева Галина
365. Муравьева Ольга
366. Мюльгаупт Лев
367. Назаренко Татьяна
368. Нарбикова Валерия
369. Наседкин Владимир
370. Наседкин Николай
371. Наумов Сергей
372. Недбайло Михаил
373. Неизвестный Эрнст
374. Нейман Алексей
375. Некрасов Всеволод
376. Немухин Владимир
377. Нестерова Наталья
378. Нефедов Владимир
379. Нечепорук Марина
380. Низовцев Владимир
381. Ножов Игорь
382. Нусберг Лев
383. Опара Алексей
384. Опара Владимир
385. Опара Майя
386. Оразаев Аслан
387. Орентлихерман Исаак
388. Орентлихерман Юлия
389. Орлов Анатолий
390. Орлов Валерий
391. Орлов Илья
392. Орлова Лиля
393. Острецов Георгий
394. Павлов Вячеслав
395. Пакалина Ольга
396. Панкин Александр
397. Пантелеев Владимир
398. Пархоменко Александр
399. Пархоменко Наталья
400. Пелих Леонид
401. Персидский Константин
402. Петров Аркадий
403. Пивоваров Виктор
404. Плавинский Дмитрий
405. Плешкова Мария
406. Победин Константин
407. Победова Ольга
408. Повалишина Марина
409. Поваров Владимир
410. Повзнер Александр
411. Погоржельский Александр
412. Покладова Ирина
413. Политов Алексей
414. Полищук Вячеслав
415. Полянская Лидия
416. Полянский Павел
417. Попов Юрий
418. Попова Алина
419. Попова Людмила
420. Потапенкова Маша
421. Потапов Сергей
422. Потапова Ольга
423. Преображенский Кирилл
424. Прехнер Михаил
425. Прозоровский-Ременников Кирилл
426. Прокудин Михаил
427. Пустоваров Александр
428. Путерброд Эдуард
429. Пушкин Виктор
430. Пушкин Сергей
431. Пятницкий Владимир
432. Рабин Оскар
433. Радлов Данила
434. Радюк Сергей
435. Разгуляев Павел
436. Разумовская Катарина
437. Раковский Вадим
438. Раппопорт Семен
439. Расторгуев Сергей
440. Ратнер Владислав
441. Ревизоров Сэнди
442. Ревяков Евгений
443. Редькин Марк
444. Резник Юрий
445. Репешко Андрей
446. Рерберг Иван
447. Родченко Александр
448. Рожанец Игорь
449. Розанов Михаил
450. Романов Петя
451. Ротанова Ирина
452. Рубинштейн Дмитрий
453. Рублев Василий
454. Рудаков Михаил
455. Руденко Оксана
456. Русских Нина
457. Рыбченков Борис
458. Рыжик Юрий
459. Савин Андрей
460. Савин Иван
461. Савко Александр
462. Савраев Вадим
463. Савраев Сафьян
464. Саксонов Лев
465. Сальников Владимир
466. Самородова Вера
467. Самородова Елена
468. Сан-Сан
469. Санчес Тамара
470. Сапгир Генрих
471. Сарафанов Юрий
472. Сафронова Антонина
473. Светлицкий Валерий
474. Свешников Борис
475. Седнев Игорь
476. Седов Виктор
477. Седов Лев
478. Селиверстов Владимир
479. Семашкевич Роман
480. Семенов Александр
481. Серов Геннадий
482. Серов Кирилл
483. Сигутин Александр
484. Сидоров Александр
485. Сидур В.
486. Симонюк Юрий
487. Синцов Сергей
488. Ситников Александр
489. Ситников Василий
490. Ситникова Наталья
491. Скуляри Михаил
492. Слепышев Анатолий
493. Слепышева Настя
494. Смертин Борис
495. Смирнов Тимофей
496. Смирнов Филипп
497. Смолянская Наталья
498. Снегур Игорь
499. Соколов Сергей
500. Соколова Татьяна
501. Соломкин Юрий
502. Соостер Юло
503. Сохранский Леонид
504. Спивак Михаил
505. Стариков Ростислав
506. Старкова Елена
507. Старченко Николай
508. Стефанский Чеслав
509. Стигнеев Валерий
510. Столяров Олег
511. Струлев Евгений
512. Струнников Сергей
513. Суворов Александр
514. Сулейманов Тимур
515. Сулима Елена
516. Сундатов Павел
517. Талтеева Мария
518. Танаев Евгений
519. Таранин Алексей
520. Тарасевич Всеволод
521. Тарасенко Валерий
522. Тарасов Алексей
523. Татаринцев Олег
524. Татаринцева Ольга
525. Теплова Даша
526. Терехов Игорь
527. Терещенко Антон
528. Терещенко Ася
529. Терещенко Николай
530. Тер-Оганян Авдей
531. Тер-Оганян Давид
532. Тестина Наталья
533. Тимофеев Олег
534. Титов Владимир
535. Тихилов Саидмагомед
536. Тихомиров Игорь
537. Тишков Леонид
538. Толстая Наталья
539. Толстой Олег
540. Тон Александр
541. Трифонов Александр
542. Трошкин Павел
543. Трясков Алексей
544. Тукачева Марина
545. Тулупов Игорь
546. Турецкий Борис
547. Туркина Катя
548. Турунов Евгений
549. Удальцова Надежда
550. Умнов Виктор
551. Унжа Игорь
552. Уруев Иван
553. Ушакова Дарья
554. Файзрахманова Гузель
555. Фатеев Юрий
556. Фейгин Моисей
557. Феодор Леонид
558. Филимонова Катя
559. Филиппов Николай
560. Фрадкина Ольга
561. Фридман Дмитрий
562. Харитонов Александр
563. Хейдиз Лена
564. Ходжеванов Георгий
565. Холин Игорь
566. Хрущ Валентин
567. Цветков Дмитрий
568. Церетели Зураб
569. Цыпнятов Виталий
570. Чайка Владимир
571. Чекалев Алексей
572. Чекстер Мария
573. Челушкин Кирилл
574. Чельцов Андрей
575. Чеперис Сергей
576. Черкашин Валерий
577. Черкашина Наташа
578. Чернов Александр
579. Чернов Сергей
580. Черноголова Наталья
581. Чернышов Аристарх
582. Чесаков Александр
583. Чижиковский Станислав
584. Чиликов Сергей
585. Чистопрудов Дмитрий
586. Чичеева Анна
587. Чубаров Евгений
588. Чудновская Варико
589. Чуйков Иван
590. Чупова Анастасия
591. Чурасов Василий
592. Шайхет Аркадий
593. Шаповалов Борис
594. Шашлевич Владимир
595. Шварцман Михаил
596. Ширшков Игорь
597. Шкермонтова Алена
598. Шнитке Андрей
599. Шпиндлер Марлен
600. Штейнберг Ирина
601. Штейнберг Эдуард
602. Шульженко Глаша
603. Шуранов Олег
604. Элиос Виктор
605. Эльконина Мария
606. Энтина Инна
607. Эппле Леонид
608. Юдина Ирина
609. Юркун Юрий
610. Юрлов Валерий
611. Юрьева Александра
612. Юстицкий Валентин
613. Яковлев Владимир
614. Якушева Соня
615. Янкилевский Владимир
616. Ярв Элло-Рээт
617. Ярошенко Григорий
618. Яфарова Даша
619. Яшкин Владимир

ЕВГЕНИЙ БЛАЖЕЕВСКИЙ В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Поэт Евгений Иванович Блажеевский родился 5 октября 1947 в городе Кировабаде (ныне Гянджа) Азербайджанской ССР - умер 8 мая 1999 года в Москве. Юрий Кувалдин писал: "Я знал Женю Блажеевского с 1978 года, с той поры, когда возобновилось издание журнала "Литературная учеба", где мы оба опубликовались со стихами. Помню, обмывали публикацию в пельменной на Селезневке, и он увлеченно рассказывал, как играл левого края за "Динамо" Кировабад. В 1994 году я издал его книгу стихов "Лицом к погоне". Блажеевский писал очень мало. На новую книгу стихов не набиралось, и он мне сдал расклейку старой плюс сколько-то новых вещей. Я попросил критика Станислава Рассадина написать о Жене. Он написал. Потом были дефолты, развал издательского дела и смерть Жени. "Московский комсомолец" (№ 86 от 11 мая 1999 года) откликнулся: "Умер Евгений Блажеевский. Поэт, трагический голос которого со временем, безусловно, станет одним из символов русской поэзии конца века. Почти не замеченный критикой, ибо не участвовал в игрищах на ярмарке тщеславия, он, Поэт милостью Божьей, достойно прошел свой крестный путь, творя Красоту и Поэзию из всего, к чему бы ни прикасался. Те, для кого русская поэзия - смысл жизни, знают, кого они потеряли. Иным еще предстоит открыть для себя этого блистательного лирика... Прощание с Евгением Блажеевским - в среду, 12 мая, в 11.00 в Центральном доме литераторов". Его похоронили в Кунцево на Троекуровском кладбище. Книгу я издавать не стал. Да и не рвался к этому, поскольку в "Лицом к погоне" все было сказано".

суббота, 27 декабря 2008 г.

ЕВГЕНИЙ БАЧУРИН В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Евгений Владимирович Бачурин родился 25 мая 1934 года в Ленинграде. Долгое время с родителями жил в Сочи. Окончил полиграфический институт. Работал художником в периодической печати. Член Союза художников СССР. Выставлялся в ФРГ, США, Франции, Японии, Швеции и др. Автор многих пластинок. Поэт и композитор, исполнитель под гитару собственных песен. Самая известная песня: «Дерева». Печатался в журналах «Юность», «Знамя», «Наша улица», «Сельская молодежь» и др. Большая книга, вобравшая практически все произведения Евгения Бачурина, «Я ваша тень», выпущена Юрием Кувалдиным в его издательстве «Книжный сад» в 1999 году. В "Нашей улице" Юрия Кувалдина печатается с 1-1999-пилотного номера.


САХИБ АЙДАР В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Cахиб Айдар родился 2 декабря 1955 года в Казани. Окончил Литературный институт им. М. Горького. Издал три книги повестей и рассказов. Публиковался в “Литературной учебе”, “Литературной России”, “Московском вестнике". В "Нашей улице" опубликованы следующие произведения: "Свет в заветном окне", рассказ, № 3-2001; "Моя улица", рассказ, № 6-2001; "Ягодка", повесть, № 10-2003; "Пунктир", рассказ, № 11-2003; "Ласточка, трактор и вагон", рассказ, № 12-2003; "Алена", два рассказа, № 5-2004; “Потерянная война”, повесть, № 5-2005.


пятница, 26 декабря 2008 г.

ЛЕВ АННИНСКИЙ В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"


Лев Аннинский (Лев Александрович Иванов-Аннинский) родился 7 апреля 1934 года в Ростове-на-Дону. Окончил филологический факультет МГУ. Автор многих критических, литературоведческих, художественно-публицистических книг о русской классической и современной русской литературе (Лесков, Шукшин, Трифонов и др.), среди которых “Серебро и чернь” (Издательство Юрия Кувалдина “Книжный сад”, 1997 г.). Постоянно выступает в газетах, журналах, на радио и на телевидении. В "НАШЕЙ УЛИЦЕ" публикуется с пилотного № 1-1999.

Лев Аннинский

УДАР КОСТЫЛЁМ

Блатной дед Охрим из Чистого переулка

эссе


Когда был создан первый шедевр жанра?
Если не считать Вертинского, чьи мелотексты явились прототипами, вехами и как бы образцами того, что в 60-е годы нареклось песнями бардов, - первый шедевр жанра был создан в послевоенное время, в 1949 или 1950 году - точнехонько в середине века.
Создали его фронтовики. Но не те, которым суждено было стать классиками жанра. Будущие классики еще и не приближались к своему поприщу. Булат Окуджава в 1950 году, окончив Тбилисский университет, едва начинал учительствовать в сельской школе Калужской области. Михаил Анчаров, наверное, еще только изживал психологическую инерцию военной разведшколы и подумывал о Суриковском училище. Владимир Высоцкий бегал в неполную среднюю школу и вряд ли обладал голосом, который его потом прославил, потому что он был как раз в том возрасте, когда голос ломается. Ни один из троих не помышлял еще о стезе автора-исполнителя, хотя в зрелую пору каждый из них мог бы написать нечто подобное тому первому шедевру, а если бы соединились все трое…
Это фантазия, конечно. Не соединились. Не написали. Хотя наверняка слышали и знали, а может быть, и пели в компаниях эту летучую, могучую, никем не победимую балладу, лирический герой которой сделался как бы собирательным народным типом, встав в тот ряд, где уже обретались уныло напевающий ямщик, бродяга, переехавший Байкал, и молодец, сулящий девице златые горы. Теперь вровень с ними оказался словно изваянный самим народом солдат недавней войны. И не один, а в паре с извечным своим врагом.
Я был батальонный разведчик,
А он - писаришка штабной,
Я был за Россию ответчик,
А он спал с моею женой…
В четыре строки уложена вся Россия - располосованная войной, пропитанная любовью и ненавистью. В двух безошибочно очерченных фигурах схвачены ее несходимые края, противопоставленные по безупречно учуянным законам фольклорного параллелизма. В два штриха каждый, с филигранной экономностью и обезоруживающей простотой.
Батальонный разведчик… А мог ли быть, скажем, ротный? По делу мог бы, по стиху - вряд ли. «Ротный» - что-то слишком уж прибитое к земле, и рифмуется с «рвотным»: липнет. А мог быть, скажем, полковой? То же мог бы - по делу. Но не по стиху. «Полковой» - высоко заносится, «полки» - это уже как бы целая армия, и это уже что-то, извините, штабное. А «батальонный» - то самое, серединное, центральное, коренное, батально-окопное, неизбывное, народное, боевое.
И кто он, батальонный разведчик, России? Потрясающе емкое определение: «ответчик». Не защитник, не хранитель, не сын отечества, наконец, как было бы в плакатно-гимнового звучания сюжетах. Ответчик! Это же почти - заложник! Это же почти по кодексу! Это же такая тяжба с самого начала…
С кем тяжба?
А со всем тем, что слепой классовой ненавистью вековечно сдвигается на «тот конец»: туда, где «чистенько», «гладенько» и безопасно. Там главное лицо - «штабной»: тот, что в избе сидит, а не в окопе, под крышей сидит, под крылом у начальства.
Всеволод Кочетов в последнем своем яростном романе, обрушившись на безвестного (как он поверил) автора песни, второпях переиначил так: «А он был наш писарь штабной».
Один из авторов песни (много лет спустя обнаружившийся) переспросил язвительно:
- «Наш»?? Это что же, значит, он тут же где-то рядом с нами и обретался? И она с ним, выходит, спала где-то тут же, на передовой? Подлог! Весь сюжет фальсифицируется. Широта обобщения пропадает!
Верно: Кочетов процитировал небрежно, обнаружив собственную глухоту к тексту, но… даже в его неуклюжем варианте строка все-таки действует. Потому что главное в ней слово: «штабной». А уж что «писаришка» - это от полноты чувств. Хватило же у «писаришки» статей к бабе полезть… но это уже сюжет. Пока что отметим филигранную точность экспозиции: ни словечка не сдвинешь. Кочетов сдвинул - сразу чувствуется. Впрочем, в народном исполнении безвестные певцы тоже сдвигали иные строки, но - не к худшему, об этом дальше. А пока о том, как Кочетов и следующую строфу отредактировал.
Строфа в подлиннике такая:
Ой, Клава, родимая Клава,
Ужели судьбой суждено,
Чтоб ты променяла, шалава,
Орла на такое говно!?
Кочетова смутила «шалава». Он из нее сделал «дуру», для чего Клаву перекрестил в Шуру. «Говно» его, как ни странно, не смутило; впрочем, его в интеллигентских кругах привычно заменяли «дерьмом», которое в свое время в окаменевшем виде узаконил Маяковский. Переименование героини, однако, весьма чувствительно: выпуклую Клаву подменили беспомощной Шурой (определения - из блестящей статьи Е.Калинцева, к которой я еще вернусь).
В общем, куплет опять попортили, но опять не убили. Потому что интонационно он очень устойчив. Место Клавы - свято. Она тут - высший Судия. Она тут, если угодно, сама Россия! И появляется она в аксессуарах государственных, осененная орлом и осиянная Роком, да еще дважды, в магическом повторе: «судьбой суждено». И это не «масляное масло», это знак глобальности!
После такой экспозиции можно раскручивать частный сюжет.
Забыла красавца-мужчину, Позорила нашу кровать, А мне от Москвы до Берлина По трупам фашистским шагать…
Тут, между прочим, в каноническом тексте первые провисы. То есть слова, взятые напрокат из общепринятых схем того времени. «По трупам фашистским…» Да и «опозоренная кровать» - не очень… Для эпоса мелковато, для пародии не так уж смешно. Эту строку, кстати, существенно переделывали. Но не в романе Кочетова, а в стихийном пении. Я, например, слышал такой вариант:
Орла и красавца-мужчину, Я срать бы с ним рядом не стал, Ведь я от Москвы до Берлина Со смертью в обнимку шагал…
При всей демонстративной грубости второй строки - здесь все же чувствуется попытка довести косую борозду поперек общепринятостям. А каков подхват предыдущего куплета с орлом! И дерзкая, веселая несуразица последней строки, подстроенной под мгновенный подхват:
Шагал, а потом в лазарете В обнимку со смертью лежал, И плакали сестры, как дети, Ланцет у хирурга дрожал…
Так что же это? Простонародный наив или тончайшая его имитация? Шебутной вызов приличиям («в обнимку…лежал»), подчеркнуто непритязательный стилистический штамп («плакали… как дети») или виртуозный удар импрессионистской кисти (обморочный переброс к хирургу… нет, к ланцету… нет, к кончику ланцета, который - «дрожал» - сверхкрупная деталь!).
Все- таки почерк - мастерский: такая четкая ритмичность бросков сюжета, с подхватом на каждой ступени:
Дрожал, а сосед мой - рубака, Полковник и дважды герой, Рыдал, утираясь рубахой, Тяжелой слезой фронтовой…
Цитирую «народный» вариант, слегка отличный от того, который опубликован в качестве авторского (там - «плакал, накрывшись рубахой»). Но и там, и тут - великолепное стилистическое косноязычие, от которого отлетают правила синтаксиса: «накрывшись…слезой», «утираясь… слезой» - так может петь только слепой Гомер, сроду не знавший грамматик.
Теперь, наверное, самое время сказать, что этот текст, явно отмеченный тягой к «коллективному переживанию», сотворен-таки авторским «коллективом». Это выяснилось много лет спустя, когда классиков бардовской песни стали собирать, комментировать и издавать поштучно. Тогда-то и выяснилось: «Батальонный разведчик», вышибавший слезу у полков и армий, что растеклись после войны по интеллигентским кухням и пригородным поездам, - сочинен тремя вполне обыкновенными парнями.
Я назвал трех классиков, которые «могли бы»: это Анчаров, Окуджава и Высоцкий. Но для этого они должны были бы из позднейшего своего стилевого своеобразия нырнуть обратно в синкретическую нерасчлененность первоначального «фронтового братства» (Анчаров и Окуджава воевали, Высоцкий, сын военного, детство провел в оккупационном гарнизоне). Жребий пал на трех других избранников. Они были мало отличимы друг от друга в послевоенном потоке демобилизовавшихся мечтателей. Все трое были из «поколения лейтенантов». Одного звали Алеша, другого Сережа, третьего Володя. Подчеркну интернациональный характер этого братства, где объятые стихией русского слова сплелись украинские, западно-европейские и еврейские корни: Охрименко, Кристи, Шрейберг. Срастить бы их на манер «Кукрыниксов» - что получилось бы? «Окриш»? «Дед Окриш» - по аналогии с тем, как звали под конец жизни одного из них: «Дед Охрим»… Но в 1950-м как авторы они были безымянны: растворились в образе «Батальонного разведчика», в образе самого «батальона», нет, больше: тут что-то «соборное», «собирательное», «всенародное», дышащее в унисон:
Гвардейской слезой фронтовою Стрелковый рыдал батальон, Когда я геройской звездою От маршала был награжден.
«Народный вариант» кажется мне более удачным: «Звездой героя с протезами был награжден». Помните, у наших врагов был крест с дубовыми листьями? Так вот, у нас - звезда с протезами. Блеск! Не говоря уже о том, как классно французский prothese (или греческий: prothesis?) переогласован на родимый лад. Отныне этот искусственный член становится чем-то вроде меча-кладенца:
А вскоре вручили протезы
И тотчас отправили в тыл…
Красивые крупные слезы
Кондуктор на литер пролил…
«Крупные»… Нет, все-таки торчат интеллигентские уши из-под из-под простонародного колпака. Пора открывать карты. Троица, сочинившая «Батальонного разведчика», весьма артистична. Сергей Кристи, видимо, по семейной традиции, готовится поступать в Институт кинематографии (Кристи - довольно известная кинематографическая фамилия). Владимир Шрейберг учится музыке (именно он садится за фортепьяно, когда все трое сходятся музицировать в Чистом переулке и приводят в отчаяние соседей по коммуналке). Алексей Охрименко готовится к журналистскому поприщу, а театральное у него уже за плечами: до войны успел поиграть на сцене «театра Каверена» (что это за театр, я не выяснил даже из театральной энциклопедии).
В качестве главного инструмента при зарождении «авторской песни» (которая в пору своего расцвета окажется неотрывна от гитары), лежит… вернее, стоит фортепьяно. Это понятно: в 1950 году гитара - все еще атрибут презренного мещанства. Гармонь куда приемлемее, но это инструмент сугубо деревенский. Конечно, подошел бы и аккордеон («кардеончик там есть голосистый» - вспоминал Охрименко), но на снимке, где три демобилизованных воина поют в унисон, запечатлено все-таки пианино.
Поют они, как мы уже засекли, про кондуктора, который пролил слезу, проверяя билет у едущего домой калеки-фронтовка.
Пролил, прослезился, собака,
А все же сорвал четвертак!
Не выдержал, сам я заплакал,
Ну, думаю, мать вашу так!
Ну, думаю, в нынешней песенной стихии, где запретов нет и матерная ругань - что-то вроде проходного балла, - этот вопль батальонного разведчика вряд ли произведет впечатление. А вот в ситуации 1950 года даже намек на мат означал, что эмоция подошла к запретной черте: значит, теперь должен последовать взрыв гражданских чувств.
И точно:
Грабители, сволочи тыла,
Как носит вас наша земля!
Я понял, что многим могила
Придет от мово костыля…
Насчет «сволочей тыла»: в 1999 году тоже требуется комментарий. А в 1950-м все было понятно без комментариев. Еще не ушло их памяти время, когда у жизни было только два определения: «фронт» и «тыл». Патруль мог остановить на улице мужчину и, даже если все документы были в порядке, задать - без всякой риторики - простой вопрос:
- Почему не на фронте?
Мужчина должен быть на фронте. Это - аксиома на все четыре военных года. Это помнилось и после войны: тыловики подозрительны, достойны презрения. На моей памяти их почему-то звали «лейтенантами». Хотя логичней было бы: «интендантами», как в Русско-Турецкую компанию две трети века назад. Слово «интенданты» за это время задвинулось. Зато пелось: «Здравствуй, папочка, пишет Аллочка, мама стала тебя забывать, с лейтенантами, с дядей Петею каждый вечер уходит гулять», - пока во второй половине 50-х годов Бондарев, Бакланов, Богомолов, Быков не переменили окрас слова и не составили в нашей литературе боевое поколение лейтенантов .
Так можно ли было в начале 50-х пробиться в официальную литературу «народной песне», в которой честный фронтовик-инвалид обещал поучить костылем тыловую сволочь?
Мы сейчас уверены, что тогда было нельзя: слишком вольный замах…
А авторы песни - тогда - надеялись, что можно. Если не опубликовать, то хотя бы исполнить публично, авторски.
Один из них, Охрименко, имел пишущую машинку и некоторые связи в редакциях. Текст перепечатали. Однако с редакторских столов он очень скоро передислоцировался за ресторанные столики ЦДЛ, ЦДРИ, ВТО и прочих творческих союзов, вожделенных для тогдашней пишущей братии. И вот там, за столиками, выяснилось, что песня действует безотказно. И не гражданским своим пафосом (то есть не костылем, поднятым над головами сволочей тыла), а сентиментальным сюжетом, в котором, как и во все эпохи, таился целительный яд:
Домой я, как пуля, ворвался И бросился Клавку лобзать, И телом жены наслаждался, Протез положил под кровать…
Господа слушатели и ценители жанра! Вы чувствуете тончайшую изысканность в этой нарочитой грубости? Как многозначна здесь «пуля»! Как стилистически коварно словечко «лобзать»! Сколько во всем этом интеллигентской иронии! «Телом жены наслаждался» - это же пародия на записной романс. Сквозь «простую» историю явственно проступает литературная матрица, по которой отливается свинцовый стереотип, от этой матрицы отсчитывающий волю.
Примеры такого отлива: «Жил-был великий писатель Лев Николаич Толстой, мяса и рыбы не кушал, ходил по именью босой…» А еще? «Венецианский мавр Отелло один домишко посещал, Шекспир узнал про это дело водевильчик накропал…» И еще: «Ходит ГамлЕт с пистолетом, хочет ковой-то убить…» Полное собрание песен, сочиненных послевоенной троицей, - сплошные, как теперь сказали бы, римейки. «Культурная опосредованность, игра с цитатами и персонажами, шлягерная облегченность формы и стихия мистификации», - пишет современный исследователь этих песен Е.Калинцев и смело причисляет бардов 1950 года к «первым постмодернистам». Мы, студенты-филологи того времени, подобных слов не знали, но с упоением пели эти песенки: «поделочки», «ариетки», «беранжерки» - то были веселые примечания к курсу литературы.
Есть ли такая матрица в «Батальонном разведчике»?
Наверное, есть. Только не схватишь. «Умер бедняга в больнице военной»? Нет, не то… Матрица в «Разведчике» есть, но не литературная, а фольклорная, таким тонким и глубинным слоем заложенная, что ирония по отношению к этой обкатанной модели не мешает патетике по отношению к той реальности, что эту модель породила. Выплеск в оба конца: в смеховую разрядку и в неподдельные слезы. Я ж говорю: «Батальонный разведчик» - это шедевр, уникум, неповторимое попадание. Разом - ад и рай, верх и низ:
А после, друзья, захотелось В уборную, братцы, сходить, Душа у меня разболелась, Душа у калеки болит.
Каковы повторы! «Друзья - братцы»… «Душа - душа»… - «У меня - у калеки…» И не поймешь, то ли это простак заговаривается, то ли мудрец заговаривает боль. То ли тело с душой тут с большого бодуна перепутано, то ли впрямь от большой боли никак не различить, осколок ли терзает душу, обида ли мучит тело.
Да это в данном случае одно и то же.
Болит мой осколок железа И режет пузырь мочевой. Полез под кровать за протезом, А там писаришка штабной!
В этом месте Алексей Фатьянов, наверное, и начинал плакать. Классик официальной советской песни обладал, конечно, слухом мастера; а еще у него было нормальное доброе сердце. И он говорил своему тезке за столиком ВТО:
- Слушай, Леш… Вот я написал «Соловьев». Сталин плакал… Сталин! Плакал!! А ты… Ты без меня и за этот столик бы не попал. Но ради одной строчки твоего «Батальонного разведчика» я бы всех своих Соловьев» пустил по ветру!
Михаил Светлов, автор бессмертной «Гренады», бессмертной «Каховки», не был так многословен и Отца народов всуе не вспоминал. Но секрет «Разведчика» определил очень точно:
- Божественная интонация!
Штабного я бил в белы груди, Сшибая с грудей ордена… Ой, люди, ой, русские люди, Родная моя сторона!
Нет, это потрясающе! Писаришка, который только что серым сморчком помирал от страха под кроватью, вдруг вырастает до масштабов Идолища Поганого, на белых грудях которого сверкают награды и от неистребимости которого плачет Русская земля! Идет борьба титанов, столкновение богатырей, война миров, систем, принципов! Апокалипсис!
Божественная мистерия возникает на месте фарса. Секрет шедевра: ничто не мешает величию, как ничто не мешает и тихой мещанской слезе. Каждому - по силам его.
Между прочим, именно это четверостишие было первым, которое я услышал, еще не зная самой песни. Оно, похоже, первым и запоминается. Его спел… нет, продекламировал как пример грандиозной поэзии Владимир Иллеш (журналист, сын знаменитого венгерского писателя-коммуниста Белы Иллеша, отец еще не родившегося тогда знаменитого московского журналиста, первопроходца Чернобыля Андрея Иллеша). Владимир Иллеш работал тогда, как и я, в журнале «Советский Союз» (был такой красочный дублер-соперник глянцевого журнала «Америка»). И процитировал он четверостишие нам, молоденьким сотрудникам, в двух шагах от кабинета, где сидел главный редактор Николай Грибачев (дверь, впрочем, была прикрыта).
И между прочим, Алексей Охрименко какое-то время подрабатывал в том же журнале. Он был еще не тот «Дед Охрим», которого накрыло славой в начале девяностых, когда «Батальонный разведчик» был оприходован источниковедами бардовской песни; в 1957 году будущий дед еще бегал по редакциям как самый безотказный работяга-репортер, не гнушавшийся писать «подтекстовки» в праздничные стенгазеты. Видимо, он продолжал приватно петь «Батальонного разведчика» по московским кухням, откуда и вынес Иллеш восхитившего его «штабного» с «грудями» и «орденами».
И между прочим, почти наверняка именно в редакции журнала «Советский Союз» на каком-нибудь редакционном «междусобойчике» эту песню мог услышать яростный сталинец, поэт Николай Грибачев. А к нему уже совсем близок - яростный сталинец, прозаик Всеволод Кочетов, который и процитировал «Батальонного разведчика» в романе «Чего же ты хочешь?», где назвал автора песни «изрядным сукиным сыном», а «штабного писаришку» ненароком подменил «нашим писарем». Испортил песню, умник.
Ну, хорошо, с писарем покончили. А Клава? А милая Клава? А берущий за душу сюжет, над которым крупной слезой плакал поэт Алексей Фатьянов и несомненно заплакал бы товарищ Сталин, если бы услышал?
Сюжет завершается виртуозной синекдохой - от праведного гражданственного протеза к интимному семейному костылю:
Жену- то я, братцы, так нежно любил: Протез на нее не поднялся, Ее костылем я маленько побил И с нею навек распрощался.
Точка. Можно убирать тела. Гамлетовской мощи история завершается. Отелло отмщен. Лев Николаевич Толстой может лицезреть дубину народной войны через костоломно-протезную призму ХХ века. Шедевр авторской песни сотворен, занесен в золотой фонд русской культуры, впечатан в народную память.
Увы, есть еще и постскриптум.
Не забудем, что шедевр этот сочиняют не просто три фронтовика, которых история только что проволокла «от Москвы до Берлина». Они еще и интеллигенты, которые хотят пробиться: кинематографист, пианист и журналист. У одного из них «генная память»: отец журналиста, Петр Охрименко, в 1919 году был принят в «Правду» на роль поэта-переводчика и получил «одежду, квартиру и продовольствие» по личной записке товарища Ленина. А был он до того - голый-босый совработник, едва унесший ноги от деникинцев. А помощь получил - потому что растрогал Марию Ильиничну Ульянову переводом какого-то английского революционного стихотворения. А английский знал - потому что после 1905 года, спасаясь от карателей, унес ноги в Америку и продержался там несколько лет, потому что получил работу у Эдисона. А к Эдисону попал, потому что в отчаянии от безработицы написал слезное письмо Толстому, и Толстой просигналил в Штаты своему поклоннику, знаменитому изобретателю и предпринимателю, чтоб тот приютил русского. В завершение одиссеи Петр Охрименко получил членский билет Союза писателей СССР чуть не из рук самого Горького, а от Советской власти - «большую, в тридцать метров, комнату с балконом в доме 6 по Чистому переулку», - где и вырос сын Петра Алексей.
У сына, как видим, были основания считать Льва Толстого своим покровителем и ощущать литературный зов предков.
То есть, держаться за литературные перила.
Вот под конец и пустили ребята «Батальонного разведчика» в след тому ямщику, что во времена оны служил на почте. Это уж после того, как разведчик расстался со своей Клавой.
С тех пор предо мною все время она, Красивые карие очи… Налейте, налейте стакан мне вина, Рассказывать нет дальше мочи…
Нет мочи терпеть эту «поделочку», эту ариетку-беранжерку после той мощи, которую продемонстрировал нам батальонный разведчик с протезом в одной руке и костылем в другой. Это же почти «продажа номера», выпрашивание аплодисментов, ставка на успех. То самое, чем озадачил читателя Е.Калинцев в своей статье «Благородные слезы эпохи».
«Идея сверхпопулярности, - пишет Е.Калинцев, - является, пожалуй, одной из навязчивых в культурном наследии человечества. Этот социальный невроз настолько запущен, что сама она, популярность, представляется то мистически необъяснимой, а потому наркотически притягательной, то коварно и тайно спланированной, а потому достойной презрения и порицания. Алхимии сверхпопулярного произведения посвятили себя великие различных эпох».
Мне по сердцу некоторая брезгливость, с которой прикасается к этой алхимии автор превосходной статьи, напечатанной в качестве предисловия в книге Алексея Охрименко «Я был батальонный разведчик». Но почему он все-таки полагает, что дело именно в том, что была какая-то хитрая загадка, которую сумели разгадать авторы великой песни? Что это какое-то изумительное, гомеровски слепое попадание, которое заставило Россию принять всерьез ироническую, на грани насмешки, пародию. Что три московских мальчика сотворили салонную шалость, а «безногие нищие на привокзальных площадях и в пригородных электричках» приняли все это всерьез и запели как откровение, и Россия «заплакала, зарыдала, закручинилась», не замечая, что же ей такое подсунули. Экая простодушная!
Я думаю, что все не так. Я подозреваю, что подобная игровая схема обидна и для трех интеллектуалов, которым приписан оскорбительный умысел, для России, которой приписана глухота, если не глупость.
Разумеется, каким-то краешком сознания авторы песни и впрямь от души веселились, обрушивая костыль на любимую шею. Доводя до выигрышного финала бурлескную компоненту, они завершили песенку куплетом, в котором неловкость прикрыли нахальством:
Налейте, налейте скорей мне вина, Тоска меня смертная гложет, Копейкой своей поддержите меня - Подайте, друзья кто сколь может…
Тут уж прямая и откровенная «продажа номера»: если, мол, вы не поняли, что мы валяли перед вами дурака, так теперь, почтеннейшие слушатели, не отвертитесь, извольте валять дурака вместе с нами!
Финал - для заурядной «беранжерки». Шарада - для свежеиспеченных филологов. Уровень «Донны Лауры», «Графа Толстого», «Абдула Гамида» и прочих веселых римейков, которые подхватывали в 50-е годы изощренные студенты, но никогда не пели всерьез «безногие нищие на привокзальных площадях».
Запели они - «Батальонного разведчика». Потому что в этой вечной песне пародия и трагедия сливаются в единстве, величие которого не поддается измерению на шкале популярности-сверхпопулярности и не соотносится с технологией маскульта. Ибо учуяно и передано здесь то состояние душ, в котором «безногий инвалид» и «интеллектуальный пародист» начинают испытывать общую боль. Это та степень единой беды, где смыкаются уровни. Такое бывает нечасто - только в звездные мгновения Истории, когда гримаса смеха неотличима от гримасы боли. И уже неважно, горевали или веселились три веселых друга, сочиняя песню, - важно, что они вжились в беду народа, и народ заплакал, и засмеялся, и загоревал, и заиграл, признав себя героем песни.
Когда по прошествии полувека авторов стали разыскивать, нашелся только «дед Охрим». Жить ему оставалось считанные месяцы. Я успел увидеть его раза два на концертах авторской песни, которые в начале 90-х годов устраивал Эдмунд Иодковский. «Дед» выходил на сцену, улыбаясь, - седой, легкий, быстрый, давно привыкший преодолевать муки своего искромсанного на войне тела и решительно не привыкший к сценическому успеху. Он держал калеченными руками допотопную гитару-семиструнку, добросовестно пел «Разведчика» и… далее я процитирую великолепное описание из статьи Е.Калинцева: «…и с некоторым недоумением поглядывал в переполненный зал… Он был нечеткой тенью мифа, созданного им самим… Может, ему показалось, что он это сочинил? Или нам показалось?…Его, насмешника и острослова, меньше всего, быть может, интересовали пстиндустриальные концепты и технологии (т. е. способы улавливания публики и секреты сверхпопулярности - Л.А.). А если бы кто и стал донимать его вопросом на эту тему, он бы в ответ, наверно, выразительно и весело промолчал. Он хоть и не признавался, все же был батальонным разведчиком…
А разведчики молчат».
Правильно. Они молчат, когда их допрашивают писаришки, особенно в чужих штабах. Но когда им с благодарностью смотрит в глаза страна, на мгновенье разрешившаяся от боли, они молчат по другой причине.
Есть вещи, не вмещающиеся ни в концепты, ни в рецепты. Есть состояния, неуловимые на шкале неврозов и навязчивых идей. Есть встречи с судьбой, необъяснимые и священные, как любящий удар костыля.

«Наша улица» № 1-2000

ВИКТОР АСТАФЬЕВ В ЖУРНАЛЕ ЮРИЯ КУВАЛДИНА "НАША УЛИЦА"

Виктор Петрович Астафьев родился 1 мая 1924 года в селе Овсянка близ Красноярска. Окончил железнодорожную школу ФЗО № 1 на станции Енисей и Высшие литературные курсы при Литературном институте им. М. Горького. Участник Великой Отечественной войны, солдат-окопник, имеет боевые ранения. Писать начал в 1951 году. Автор книг “Последний поклон”, “Царь-рыба”, “Пастух и пастушка”, “Затеси”, “Печальный детектив”, “Жизнь прожить”, “Зрячий посох”, “Прокляты и убиты”, “Обертон” и т.д., принесших ему любовь читателей, заслуженный успех и мировую славу. Дважды издавал собрание сочинений: в 4-х томах (М., “Молодая гвардия”, 1979 - 1980 гг.) и в 15-ти томах (Красноярск, “Офсет”, 1997 - 1998 гг.). Удостаивался высоких литературных наград, в том числе премии “Триумф”, Пушкинской премии и Государственной премии России. Умер 29 ноября 2001 года в родном селе Овсянка.