АНДРЕЙ ЯХОНТОВ О ЦДЛ Яхонтов А.Н. Тени дома литераторов. М.: Издательство Раскин М.И. 2022. – 568 с. ISBN 978-5-00203-014-9 Тираж 1000 экз.

 

АНДРЕЙ ЯХОНТОВ О ЦДЛ

Яхонтов А.Н. Тени дома литераторов. М.: Издательство Раскин М.И. 2022. – 568 с. ISBN 978-5-00203-014-9  Тираж 1000 экз.

Писатель Андрей Яхонтов был знаком почти со всеми действующими лицами советской литературы, поскольку долгое время работал в «Литературной газете» времён Александра Чаковского, главного редактора. И совершенно естественно, был участником многих вечеров и разнообразных мероприятий, проводимых в ЦДЛ. В книге встают во весь рост многие известные писатели и поэты, юбилейные застолья в ресторане, а также мелькают тени безвестных ныне деятелей пера.

Яхонтов, к примеру, пишет: «Мне повезло: мама работала в ЦДЛ. Приходя к ней, я мог (почти беспрепятственно!) бывать на творческих вечерах, кинопросмотрах (а фильмы крутили такие, какие не показывали даже в Доме кино), иногда удавалось протыриться в буфет, в знаменитый Пестрый зал, названный так потому, что на его стенах красовались (и до сих пор красуются) шаржи, зарисовки, автографы классиков: поэтов, прозаиков, драматургов, художников. Отрадно, что эти фрески и образчики настенного писательского фольклора вступили в ХХI век нетленными. Семен Кирсанов: “Съев блюдо из 8-ми миног, не мни, что съеден осьминог!” Роберт Рождественский: “Если тебе надоел ЦДЛ, значит, и ты ему надоел!” Андрей Вознесенский: “Средь индюков и аллигаторов приятно видеть литераторов”. Расул Гамзатов:

Пить можно всем.Необходимо только
Знать: где, когда и с кем,
За что и сколько?

Или: “Я сегодня, ев тушенку, вспоминал про Евтушенку”. Или: “О, молодые, будьте стойки при виде ресторанной стойки”…»

 

СЛОВО ОПТИМИСТАМ

Прекрасно написанная фраза превращает писателя в художника, принося тем самым невероятное исцеление читателю, накапливающему опыт построения архитектуры текста, тем самым набирающегося смелости начинать писать собственные вещи, и не завтра, а именно в момент вдохновенного просветления от прочитанного шедевра, с неизменной мыслью, что и я так могу, в этом случае события его жизни преображаются, когда на текст влияет собственное сердце, и сразу же реальная жизнь изменяется до неузнаваемости, быстро исчезают унылые сцены бытовой жизни, разве что из осторожности остаются эпизоды встреч с первой любимой, впрочем, и другим различным эпизодам даются крылья поэзии, так что - слово оптимистам.

 

Юрий КУВАЛДИН

 

СИМФОНИЯ

Лесная дорога освещена в разрядку кружевной листвы солнечными бликами, сопровождающимися начальными вкрадчивыми тактами пары густовато баритональных гобоев и перекличкой с ними английского рожка, как будто коляска с запряженными двумя белыми лошадками спешит именно к этим чудодейственным призывным нотам, тут же легко поддерживаемым плавными волнами струнных, от скрипок и виолончелей до контрабасов, и я в полнейшем блаженстве неспешно продвигаюсь через сияющий зеленью лес к чему-то очень светлому и праздничному, к какой-то невероятной тайне, и нежные колокольчики в такт этому состоянию возвращают меня в святое детство.

 

Юрий КУВАЛДИН