МЕЛКИЙ ДОЖДИК

Всё в туманной неясности, в лёгкой размытости, в тёплой ауре вальса осеннего с проседью, листья рыбками плавают с нами в аквариуме, из воды люди сотканы с жабрами вечности, только что-то всё умное говорят о собственном бессмертии, хотя в океане подобные размышления не приветствуются, потому что на корке шарика электронного нет ни времени, ни пространства,  плавно вращаемся в мелком дождике, делая мир бесконечно зеркальным, с распластанными на нём лицами людей в виде золотых вкраплений разглаженных листьев…

Юрий КУВАЛДИН

ОТРЫВ ОТ СВОЕЙ СРЕДЫ

Неизвестно, по какой причине, или по воле случая, человек отрывается от своей среды, чтобы посвятить себя искусству, хотя это несколько странно звучит, когда в избе за печкой мычит телёнок, а на полатях храпит дед, свесив одну ногу в узкий проход в дырявом валенке, в силу привычки все так дремлют в зимние дни, а он вон чего удумал, в искусство прямо от печки к Кремлю, вот какие чудеса, изобретенные фантазией, приводят в народные артисты, тут необходимо внушение, ценное руководство, чтобы создалась на сцене картина с натуральным валенком и мычащим лобастым телёнком, ах, сколько чувств вызывают эти сцены, и никаких сожалений, что бросил деревню и пришёл прямо в Кремль в царские чертоги.

Юрий КУВАЛДИН

ТЯЖЕЛО

Ну, и ничего, что синонимов не хватает, и в одной фразе одно слово несколько раз повторяется. Конечно, в романе под оглушительным  названием «Идиот», это допустимо, например: «- Как ты тяжело смотришь теперь на меня, Парфён! - с тяжелым чувством вырвалось у князя». А с каким ещё чувством читать тяжёлого гения нашего, скажите на милость?! Только с тяжёлым, когда голова тяжела, ноги тяжелы, слова говорятся тяжёлые, собирающие тяжёлые мысли в один тяжёлый узел тяжёлой нашей жизни. Да, тяжело жить, тяжело писать, тяжело читать, тяжело смотреть телевизор, тяжело видеть одни и те же тяжёлые лица, тяжело родиться, тяжело умирать, и особенно тяжело пробуждаться с похмелья.

Юрий КУВАЛДИН